.
Главная 
Сихотэ-Алинь У костра Моя любимая тайга
Сихотэ-Алинь У костра Моя любимая тайга | Моя любимая тайга |
|
| 20.09.2008 г. | |
 Тайга шутить не любит. Особенно - Уссурийская, где хребты, отроги, сопки, если смотреть карты, изображают причудливейшие узоры. Сколько испытаний принесли, приносят и ещё будут приносить людям эти «узоры» - одному Богу известно.
Сам я трижды попадал в ситуации, которые приводили в отчаянье. И только тогда, когда перестал скептически относиться к компасу, когда перестал забывать его дома, смог безбоязненно забираться довольно далеко.Конечно, есть люди с сохранившимся от предков даром свободной ориентации в любой местности, но таких мало, больше же кичливых «знатоков» тайги, едва ли не утверждающих, что они могут ходить по лесу ночью с завязанными глазами. С такими связываться вообще нельзя, опасно. Настоящий таёжник сам расскажет - в назидание другим - массу случаев из своей «практики», когда только сила воли спасала от гибели и выводила к жилью.1998-й год запомнился многим обилием кедрового ореха. Его было просто потрясающе много. И шишка в тот год стала падать рано, с конца августа. Гул стоял в тайге - одиночки-заготовители, семейные коллективы, «сборные» бригады заполонили кедровники. Кто-то наезжал каждый день, кто - то обосновывался капитально - в палатках, шалашах, перевозных «будках». На месте перерабатывали шишку, затаривали мешки чистым орехом.Сосед мой, дядя Андрей Тищенко, как-то высказал желание поехать со мной. Поехали. Выросший в Извилинке, много ходивший по тайге (правда, без особой на то охоты, «за компанию»), он слушал меня с усмешкой. А я говорил, что в этом месте ориентироваться очень просто: идёшь от машины в сопку прямо на солнце, при спуске солнце должно светить в затылок. Это я-то его учил! В смысле, молодой ещё.Разошлись. Спущусь с ношей - у машины стоит уже мешок дяди Андрея, он пошел за вторым. За третьим, четвертым, пятым...Пятого не было. Долго не было пятого.Я уже снес шесть. Солнце присело за сопку. Нет дяди Андрея. Мне стало не по себе.Время шло, его всё не было. Я стал сигналить. Упорно, длинными гудками. Что-то случилось с проводкой - исчез дальний свет, сигнал же стал тихим, еле слышным. Развёл огромный костер. Всё, полная темнота.При слабом ближнем свете кое-как выбрался на трассу, ехал осторожно и долго. И всё время думал: что же могло случиться? Опытный же он человек, да и день был солнечный. Солнце в глаза, солнце в затылок. Неужели наткнулся на зверя? Подумал ещё: может, сначала заехать к его сыну? Сергей жил (и живёт) в посёлке «Сельхозтехники», в «крепости». Организовать поиски. Ведь всё равно придётся ехать искать. Не заехал: слабый свет заставил добираться домой.Напрасно надеялся в душе, что дядя Андрей уже дома. Не было его.Переполох. Закричала, почти заголосила тётя Зина - жена дяди Андрея. Час, второй сидел я на улице, чувствуя, что нет сил подняться и войти в дом. Да и зачем входить, ведь всё равно нужно ехать, искать. На чём, с кем?И вдруг - яркий свет фар. Сергей привёз домой отца.Оказывается, заблудившись, дядя Андрей вышел на гострассу, попутными машинами добрался до сына, поехали искать меня. Было ещё светло, солнце ещё не село. Искали долго, да совсем не там, где было нужно. Свернули километров за пять до нужного сворота.Столько лет прошло, а помню всё в подробностях: слишком сильный пережил страх. С тайгой не шутят. И - никогда не усмехайтесь, если вас чему-то учат.И самому нужно учиться. Постоянно.Главное – научиться не паниковать. Именно паника причина многих неприятностей.Заехал я однажды на своём «Восходе» в знакомый до мелочей кедровник, что ровно в десяти километров от «новой» (так её до сих пор называют) трассы, идущей от Новомихайловки до Бреевки. Порадовался: белки много, охотников не видно. Увлекся, поднялся на сопку. И так удачно поднялся! "Перемычка" метров в сто соединяла эту сопку со следующей, тоже покрытой кедром. Никогда на ней небыл, вперед! А белки!И вдруг - потемнело, враз умолкли птицы. Вот уж поистине правильное выражение - «гнетущая тишина». Удручающая. Когда на плечи посыпались крупные хлопья снега, я спешно пошёл назад, к мотоциклу. Но где же «перемычка»? Понял - в обратной стороне. Назад, скорей. Да где же она? Снова назад.Снег повалил. Я метался. Не было перемычки-перешейка. Стало не по себе, почти страшно. Да и день уже кончался, а снег - всё гуще. Сырой, липкий. Шёл и шёл по гребню незнакомой сопки, прекрасно зная, что иду в никуда. Возвращаться - тоже идти в никуда.В конце концов сопка кончилась обрывом. Спустился - укатанная лесная дорога. Километров пять шёл по ней, надеясь, что ведёт она из тайги. Да, из тайги. На ту самую «новую» трассу, о которой говорил выше. Вышел я, оказывается, по ключу Староверову, далеко, очень далеко от той дороги, по которой заезжал утром в тайгу.Был вариант: остановить лесовоз и ехать домой. Не стал. Никогда не бросал в тайге мотоцикл. Подумал ещё: если навалит снегу по колено, то он уже не растает, так и останется мотоцикл у тропы. Растащат. Это обязательно.Шёл и шёл, сторонясь лесовозов. Из под колёс летела на меня снежная каша. Стало натирать ноги, вот и волдыри. Несколько раз переобувался, а волдырей становилось всё больше - ничего не поделаешь, обувь промокла.Наконец добрался до нужного сворота. Теперь в сопку. А сил уже нет. Потихоньку... Навстречу спускался «уазик». Знакомые лица. Охотники. Кивнули, посмотрели удивлённо. Наверное, решили, что я буду ночевать в избушке. Туда и иду. Так хотелось крикнуть, остановить, забраться в тёплую машину и уснуть. И оказаться дома, где тепло и сухо. Не крикнул, не остановил. Шёл и шел - уже в кромешной темноте, едва угадывая дорогу. И ел снег. И отдыхал перед очередным подьемом, привалясь мокрой спиной к холодному дереву. Вперед. Возле мотоцикла сел прямо на снег. Долго сидел, не веря, что дошёл. Чиркнул спичкой: poвно час ночи. Что теперь творится дома?..Последний страх: вдруг не заведётся мотоцикл? Завёлся. Почти сразу. Настывший двигатель издавал резкий звук. Развернул мотоцикл, отпустил сцепление, сразу же оказался на боку. Только поднялся, тронулся - на боку.Десять километров на nepвой передаче, расставив ноги и боясь их переломать. Слава Богу - вот и трасса, асфальт... На боку.Так и доехал до дому «на ногах». Завёл во двор мотоцикл, сел на крыльцо и уснул.А в это время меня искали тайге. Сосед, Анатолий Швец, тот день тоже белковал, но в другом месте, ему показалось, что видел мои следы. Вот и помчалась «поисковая группа», в составе которой кроме Анатолия Швеца и моего редактора Валерия Николаевича Малышева была конечно же, и жена, в противоположную сторону. Часа два гоняли они по тайге «уазик», кричали, гудели.Они не поверили своим глазам, увидев во дворе мотоцикл. Потому что снегу было уже действительно по колено, а он все лепил - густой, почти не пробиваемый светом фар.Да я и сам не верил, что мой мотоцикл во дворе, что я дома, что можно добраться до кровати.Виктор Пожидаев.Фото автора.
19 сентября 2008г. |
Вы должны Войти или Зарегистрироваться для отправки комментария.
| « Пред. | След. » |
|---|
